bigdrum (bigdrum) wrote,
bigdrum
bigdrum

Category:

Метод - 11

meglin-1.jpg

Предыдущие части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10.

Ну что, теперь мы можем перейти к Наташе.

Этот ребенок попал в детдом. Как он туда попал? Родители могли погибнуть, они могли быть лишены родительских прав, или отказаться от ребенка. В любом случае произошло это до 10-летннего возраста, на самом деле, возможно, до 6-8-летнего возраста. Хотелось бы знать точно, а также точно как - но никто нам этого не скажет, и правильно. В любом случае - это травма. То есть - психологическая травма, связанная с родителями или с потерей родителей.

В детдоме у Наташи начал формироваться групповой (коллективный) патернализм. Причем данный процесс происходил в силу двух объективных динамик. Одна динамика широко известна - это динамика Аша, или иначе - конформизм. Другие дети себя так и так ведут и так и так относятся - и значит, так и надо себя вести и так относиться. Вторая динамика - потребность в эмоциональном контакте, формирование эмоционального контакта воспитателями, дальнейшая жизнь вот с таким вот эмоциональным контактом. Необходимо отметить, что на формирование группового патера оказали влияние во-первых, психологический шок от потери семьи, и во-вторых, адаптационный стресс.

Вот здесь кое-кто задумался и начал чесать репу, да?

Как шок, так и стресс являются "раушем" для психики, вовлекая в психические процессы более архаичные слои психики, что приводит к формированию более глубинных эмоциональных переживаний, и обеспечивает большую глубину импринтинга.

У меня есть хорошая аналогия. Призыв в армию. Кто служил, тот вспомнил, кто не служил - рекомендую моноспектакль Гришковца "Как я съел собаку". Очень доходчиво переданы психологические трансформации молодых здоровых ребят, у которых остается семья, которые с ней переписываются, возможно, ездят в отпуск десятидневный... У нас ребята ездили. Мы остались в лесах на точке, а товарищ поехал. Вернулся, на лице дурацкая улыбочка, глаза... остановившиеся... Нет, все в порядке, просто - смена обстановки...

Еще можно почитать "Оружие Возмездия" Дивова, но там брутальнее все показано, и все-таки не сколько про автора, сколько про службу в армии с точки зрения рефлексии. Не переживание, но самоотчет, немножко не то, Гришковец лучше подходит - или собственные воспоминания, у кого есть.

Так вот. У здоровых, взрослых уже психологически ребят, при сохранении семьи и возможности контактов с ней - это вызывает серьезную трансформацию психики.

А мы говорим о детях, которым несколько лет от роду...

Следующий момент - усыновление или удочерение. И здесь мы опять возвращаемся к Гришковцу. У него возвращение домой - повторяюсь, здорового лба из армии домой к живой семье - описано. И это опять шок и адаптационный стресс.

Самое же разительное отличие между возвращением из армии и попаданием в приемную семью, это то, что при возвращении из армии у вас остался глубинный эмоциональный багаж детства, у вас сохранился семейный патернализм, у вас и ваших родителей все еще есть те, наработанные долгими годами совместной жизни, методы канализации либидо, у вас тот же дом, те же друзья... А у приемного ребенка этого ничего нет, приемная семья для него - совершенно новые люди, и они про ребенка, как и ребенок про них, ничего не знают...

А еще пребывание в армии по призыву, хоть и формирует замещение патера групповым, но очень слабо и на короткое время, а у ребенка из детдома это очень сильный процесс...

Въехали в суть вопроса?

meglin-4.jpg

Иными словами, Наташа в течении короткого промежутка времени испытала несколько тяжелейших психологических травм. Тот факт, что этот процесс растянулся, ориентировочно, на лет так четыре-пять, и что у детей время тянется долго, пусть вас не обманывает. Да, дети пластичны, на них все зарастает, затягивается, детская психика потрясающим потенциалом к выживанию обладает - но все равно травмы остаются. "Переживший" травму ребенок все равно остается травмированным, просто научается компенсировать, а сама травма погружается в глубины психики, скрываясь и становясь незаметной для окружающих.

Попав в семью Дмитриева, Наташа испытала шок и адаптационный стресс. В известном смысле эти процессы были смягчены тем обстоятельствам, что Дмитриеву пришлось бороться за удочерение. Он несколько лет отстаивал это в суде, он привык относиться к девочке, как к своей дочери, и потому для него - а также потому, что он сам детдомовский, и глубинно-эмоционально сочувствовал девочке, как сестре по несчастью - переход к привычному девочке патернализму был легким. Он сразу адаптировался к ребенку, тем самым облегчая адаптацию для нее.

Обладая опытом детдомовской жизни, Дмитриев смог воспроизвести эмоциональную обстановку группового Патера, создав эмоционально комфортную обстановку для девочки, наладив первый контакт эмоциональный, снизив шок и снизив интенсивность адаптационного стресса.

Романтическая картинка, не так ли? Почему я уверен в том, что это так и есть?

Потому что жена ушла, ушла с концами, и даже на процессе не засветилась, ребята...

Вот смотрите. Когда в семью приходит приемный ребенок, папа с мамой остаются эмоционально вместе. А ребенок, со своим групповым патернализмом, отдельно. И у него выхода нет - он к ним тянется. И когда он к ним тянется, у него начинает формироваться патернализм семейный, он становится более домашним. Это так должно быть.

Дмитриев попал в семью офицера, и провел детство в ГСВГ, в среде офицерских детей, у которых был свой групповой патернализм, обусловленный особенностями быта офицеров, да еще и за границей. У него этот процесс происходил мягко, что и привело к сохранению сильного группового патернализма и впоследствии - к психологической травме конфликта с групповым отцом, которую мы рассматривали. Но при этом Дмитриев смог жениться (первая жена все же не выдержала, и они разошлись до совершеннолетия детей) и вырастить двоих детей, из которых по крайней мере дочь сохранила к нему любовь и сопереживание, эмоциональный контакт. То есть - он смог приобрести в каком-то смысле патернализм семейный. Тот же факт, что дочь не стала единомышленником отца, и что для нее правозащитная деятельность была изолирована от семьи (хоть она и ездила на раскопки) говорит о том, что навык семейного патернализма Дмитриев наработал, по крайней мере в роли родителя, и детей от своих проблем изолировал. Дети росли в семейном патернализме, а травма Дмитриева относилась к групповому.

Когда Дмитриев взял Наташу, он жил со второй женой, в семейном патернализме. Но вот появился ребенок, к которому Дмитириев был привязан, за которого он боролся. Этот ребенок чувствовал отчуждение, и преодолеть это, помочь ребенку эмоционально Дмитриев смог, адресовав свой навык группового патернализма. Фактически, сдублировав то, что сделала обстановка офицерского быта в ГСВГ в его детстве.

Но при этом конфигурация изменилась.

В норме родители должны быть вместе, а ребенок к ним должен тянуться. Потому что семейный патернализм родителей сильнее, чем групповой - ребенка, и тот подстраивается под родителей. Однако Дмитриев сыграл в групповой патернализм, чтобы адаптировать Наташу, и получилось, что он и Наташа вместе, а жена - отдельно, она изолирована. Она лишняя в этой семье, в таких отношениях.

Если подтвердится, что вторая жена Дмитриева не детдомовская, что она семейный ребенок, не имеющий опыта группового патернализма, а может еще и подтвердится, что у нее не было детей, и навыка канализации либидо на ребенка она не имела...

Короче, мне кажется, что произошла игра в "третий лишний", откуда требование жены вернуть приемную дочь в детдом, и после отказа Дмитриева - развод. Даже на процессе вторая жена Дмитриева не появилась, и скорее всего также и потому, что она "предала" девочку. Она ее бросила. Это кстати тоже повод для психотерапии. Как мы видим, с точки зрения психоанализа там та еще заруба шла между патерами, а патеры - они такие...

Возвращаемся к Наташе.

Для полноценного воспитания ребенка нужны два начала - отцовское и материнское. Если эти начала сочетаются естественно и гармонично, то есть если происходит либидо между родителями, которое после рождения канализируется на ребенка, если родители заняты своими естественными ролями (мама любит, папа может), если между родителями сохраняются естественные нормальные отношения в период полового созревания ребенка, если родители вовремя "отпускают" ребенка при появлении у него своего собственного либидо - тогда формируется здоровая эмоциональность и здоровая сексуальность. В этом процессе мать является носителем женского начала, в случае приемного ребенка - это приемная мать.

Первой матери Наташа лишилась. Вторая мать ее бросила. Охуеть пиздато получилось, не находите? Но и это еще не все.

Наташа, судя по всему, скоро будет уже вполне в продуктивном возрасте. Ей уже создавать семью скоро. Семья создается в рамках индивидуальных (семейных) отношений, и в семье Наташе предстоит играть роль матери. При том, что у нее потеря родной матери, и конфликт с приемной матерью.

У этой девочки в смысле семейной жизни прогнозируются чудовищные проблемы в части супружества и материнства, ребята.

Поясняю. Мальчик в супружестве копирует отца (семейный патер), девочка - мать. У Наташи обе матери - "плохие". У нее бессознательный страх материнства должен быть. У нее должен быть бессознательный протест против материнства, поскольку для нее патер матери конфликтный. Плюс она воспитывалась в детдоме, а с семейным патером ей устроили то, что мы увидим дальше (еще не все рассмотрено) - так что у нее материнство нормальное под КОЛОССАЛЬНЫМ вопросом. С эмоциональной точки зрения она к нему не просто не готова - не сформированы соответствующие навыки эмоциональные - но конфликт с патером еще и заставляет ее противостоять материнству на глубинно-эмоциональном уровне, потому что это "плохо".

Это беда.

Смотрим дальше. Потому что это еще цветочки.

Оставшись один на один с девочкой, в крайне сложной ситуации, Дмитриев, базируясь на своем опыте отцовства, перетянул Наташу на семейный патернализм. Создав максимально возможные семейные отношения, причем совсем нормативные. Все проблемы с фотографиями относятся к возрасту 7-10 лет, то есть к периоду до полового созревания. Возникает вопрос - нормально ли в этом возрасте родителям видеть ребенка голым?

Так, не надо про нудистские семьи...

Просто вспомните, пожалуйста, когда вы последний раз родителям письку показывали. Я напомню. Все болеют. Иногда приезжает доктор - делать уколы. Иногда вас кладут в больницу, и вы там лежите, а родители вам трусы новые привозят, и вы переодеваетесь. Если возникает проблема - родители вас подмывают. Да и в семье, если возникает проблема, в доподростковом возрасте, родители часто смотрят, не случилось ли чего, а если вы жалуетесь на "чешется" или "болит" - тут уж папка или мамка заглянут со словами "я тебя с рождения голым видел". Просто вы не придаете этому значения.

Да, процедура фотографирования голого ребенка не является стопроцентно нормативной, но во многих семейных альбомах можно встретить подобные фотографии, разве что не дома, а где-нибудь на отдыхе. Уже в подростковом возрасте, на речке в деревне, когда вам хотелось искупаться, а плавок не было - не приходилось ли вам купаться голышом? А вы это делали только в компании сверстников, или в том числе когда родители были рядом?

Насколько мне известно, голое купание, в том числе с товарищами, до сих пор практикуется молодежью, как и голое фотографирование. А уж про переодевание на пляже я молчу, вспомните, ни разу не переодевались под лозунгом "если быстро - никто не заметит"?

А вот вам два фото, просто погуглил, и это не все фото, которые можно найти:





Обратите внимание на возраст, и на то, что они сделаны в публичном месте. То есть это нормальные дети из нормальной семьи, и они публично обнажены в публичном месте, и их фотографируют. И окружающих это не волнует...

Я думаю, достаточно.

Наташу забрали у Дмитриева в 11 лет. Это тот возраст, когда ребенок, более-менее нормативно, еще может появиться голым на людях. Пусть это не встретит всеобщего одобрения, но и немедленного осуждения не вызывает. Если бы имела место сексуальная мотивация в фотографировании девочки - Дмитриев создавал бы чудовищные фотосеты, и чем дальше, тем больше. Но у него всего ТРИ фотографии, сделанные по медицинским (как он утверждает) причинам, и фотографии эти по второй экспертизе, не носят следов порнографии.  У нас остается одно:

22 июля 2020 года Петрозаводским городским судом Дмитриев был признан виновным в совершении насильственных действий сексуального характера по отношению к несовершеннолетнему и приговорён к 3,5 годам лишения свободы; при этом он был оправдан по статьям об изготовлении порнографии, развратных действиях и хранении оружия.

Пускай Петрозаводский суд объяснит публике, как можно осуществлять насильственные действия сексуального характера к ребенку, не совершая при этом развратных действий.

Зачем я опять поднял тему фотографий и все это вам показал?

Ребенок рос в нормальной, нормативной семейной обстановке. Каковую обстановку создал для нее Дмитриев. Как появилось обвинение? Обвинение появилось по анонимному доносу.

То есть - чужой дядя, или чужая тетя, втайне от Дмитриева, задавали Наташе вопросы сексуального содержания.

Это нормально? Вы хотите, чтобы вашему ребенку задавали такие вопросы неизвестные вам лица?

meglin-3.jpg

Этот человек не был сотрудником органов опеки - иначе донос не был бы анонимным, понимаете?

Так вот. Ребенок, детдомовский, с большими проблемами, с огромными проблемами в отношении материнской любви, попадает в ситуацию, в которой приемного отца обвиняют в сексуальных извращениях, а ребенка выставляют жертвой. Что это значит для ребенка? Для ребенка это означает, что помимо конфликта с матерью у нее образуется комплекс конфликта с отцом.

Сможет ли ребенок с таким комплексом, повзрослев, вступить в нормальные половые отношения?

Я обещал кое-что сказать про допрос ребенка. Шарий отмечал, что психолог, во время допроса девочки, все время ее хвалил, и девочка охотно рассказывала. Тот факт, что по сумме она рассказала намного меньше, чем могу рассказать о своем детстве, например, я - никого не напряг. Но не суть. А суть в другом.

Дети, которые подверглись насилию - они испытали шок. Для них это всегда травмирующие воспоминания. Чтобы ребенок вам рассказал обо всем, а не замкнулся в себе, ему надо создать комфортную, доверительную обстановку. Нужно, чтобы ребенок перестал бояться, и спокойно рассказал то, что хотят узнать взрослые. И в этом смысле психолог действовал строго по правилам. Он должен был "раскрыть" девочку выражением поддержки и похвалой - и он ее "раскрыл". И девочка отвечала охотно, свободно, ее никто не насиловал и не запугивал.

Правда, хорошо?

meglin-5.jpg

А теперь смотрим на это с другой стороны.

Девочка выросла в детдоме. У девочки сильный групповой патер. Она привыкла, что для нее родители - все взрослые, которые ее окружают. У нее нет личных привязок к отдельным взрослым, они только начали формироваться, и еще не укрепились. Семейный патер у нее слабый, зато коллективный патер у нее - сильный. Коллективный патер выражает заботу, ласку, защиту.

То, что необходимо для допроса семейного ребенка - ласка и теплота, снятие напряжения - необходимо для того, чтобы преодолеть сопротивление семейного патера вмешательству постороннего человека. Помните, я рассказывал, как ребенок заплакал, увидев родную мать, хотя до того стоял спокойно? Для семейного ребенка необходимо преодолеть сопротивление это, отграничение ребенка от посторонних людей. Это правильно, если надо, чтобы ребенок сказал.

Психолог на суде радовался, наверное, чувствовал себя великим профессионалом, корифеем...

На самом деле психолог играл группового патера, даже не думая об этом. Понимаете?

meglin-4.jpg

Отличие успокаивания ребенка от эксплуатации группового патера заключается в том, что даже успокоив ребенка, вы остаетесь для него чужим человеком. А в групповом патере вы для него "папамама", он переносит на вас свою детскую эмоциональность. Он ждет от вас любви и заботы, он ожидает, что вы его будете любить и защищать, и что это будет длиться долго (дети думают - всегда). Иными словами, у нас формируется самый настоящий психологический перенос - самая поганая в смысле терапии штука. Вы не просто, играя группового патера, "раскрываете" ребенка - вы принуждаете его играть в игру, чтобы он получил от вас плюс-подкрепления. В таком состоянии, в этой вот игре, в погоне за плюс-подкреплениями, ребенок не просто вам что-то сообщает, он, модулируемый переносом, переоценивает то, что вам сообщает. И если вы, играя патера, сообщаете ему, что кто-то - чудовище - то ребенок и начинает воспринимать этого человека, как чудовище. Он начинает верить вам, как дети бесконтрольно верят своим родителям. В отличие от семейного ребенка, над которым оному психологу пришлось бы попотеть, и который, сообщив суду информацию, вернулся бы в обычное состояние, ребенок с групповым патером учит урок, как в школе - выучивая правильные ответы, которые вы ему подсказываете.

Например, что приемный папа - чудовище.

Результат. Дмитриев, перейдя от группового патера к индивидуальному, начал формировать нормальную семейную эмоциональность ребенка в части его отношения к отцу. На базе этой эмоциональности у девочек затем возникает эмоциональность межполовых отношений, они в своем избраннике ищут отца потом. Так устроена психология. Но в результате возврата к групповому патеру с одновременным отрицанием с точки зрения группового патера семейного патера девочка начинает отрицать не только семейную мать, которая ее бросила, но и семейного отца, который оказался злым и нехорошим...

Единственным хорошим в данной ситуации оказался групповой патер. Вот только групповой патер - он только до определенного возраста патер, а потом он, тем более в нашем обществе, которое уже имеет крайне ослабленный групповой патернализм - прекращается в ничто, а то и во врага. Потому что люди живут, по крайней мере семейной жизнью - в индивидуальном патере.

Девочке по возрасту надо переходить от группового патера к индивидуальному, а индивидуальный патер, что в отцовской своей ипостаси, что в материнской - враг, мерзавец, подлец и вообще нехороший.

Сможет ли она создать семью? Сможет ли она когда-нибудь полюбить? Будет ли у нее в жизни близкий человек, родной, любимый, будут ли у нее дети? Или она, опустошенная внутри, будет до конца своих дней ненавидеть окружающих за то, что у них есть семья, дети, любовь, радость, а у нее всего этого нет?

Стерва мать и чудовище отец - вот то, что она вынесла из этой ситуации, причем вынесла на уровне глубинной эмоциональности, на уровне зверя, который всегда внутри нас, и не знает жалости.

Ребята, я понимаю, что система детских домов и органов опеки призвана заботиться о ребенке. Но не могла бы эта система беспокоиться о ребенке менее убийственным образом?

meglin-2.jpeg




.
Tags: Зверь в каждом из нас
Subscribe

  • Илон жжот. В буквальном смысле...

    Сперва они ее таки воткнули в посадочную площадку: А затем красиво подорвали: Ну... Что я могу сказать... БЗДЫЩ!!!! Остается только один…

  • Как я люблю "случайные" рекомендации...

    Включаю я, значит, утром компьютер, захожу в уютную ЖЖ-шечку, а мне в рекомендациях вываливается вот этот вот пост (рекомендую почитать, весело).…

  • Синемафилическое

    Собственно говоря, это трейлер. Того, что я только что посмотрел. Что могу сказать по поводу того, что я только что посмотрел? В трейлер вошли…

promo bigdrum февраль 17, 2019 22:31 6
Buy for 10 tokens
На мейл-ру пролетела очередная "желтая" новость, коих не счесть. Касательно контактов с инопланетянами. В силу чего, втыкая по причине небольшой эмоциональной раздолбанности, я вот тут вдруг решил взять и откомментировать это дело. Да, ребята! МЫ БУДЕМ ГОВОРИТЬ ОБ НЛО, ПРИШЕЛЬЦАХ…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments