bigdrum (bigdrum) wrote,
bigdrum
bigdrum

Category:

Тайна личности Льва Абалкина, или невероятные приключения в невозможном месте - 107

Предыдущие части: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106.

Часть 107. О специфике терапии КБ-патологии - 1.

Описав патологический процесс, нужно переходить к терапии. И начнем мы с диагностики. Поехали.

Прежде всего, КБ-процессы не являются индивидуальными, имманентно присущими больному. Это всегда групповые процессы. Соответственно, здесь нужно понимать две вещи. Первая - необходимо отслеживать не только состояние больного, но и состояние группы. Поскольку группа в КБ-процессах испытывает поражение, ее восприятие, оценка происходящего и так далее меняются, меняется и ее поведение. Оно становится патологическим. Второе - наблюдатель (терапевт), если он не готов сознательно, заранее, к тому, что может увидеть или почувствовать, сам испытывает поражение, сам теряет адекватность. Ибо - он тоже человек.

В классической терапии диагностика строится полностью на научной основе. В смысле - терапевт некоторое время в разных ситуациях наблюдает пациента, отбрасывая случайные факторы, чтобы в конце, интегрировав свои наблюдения, вывести результат. И для нормальных, индивидуальных кейсов это действительно замечательно, действительно эффективно и глубоко верно. Ну просто потому, что контекстно-зависимые от ситуации элементы отбрасываются, а системные наблюдаемые факторы - они не меняются, в силу имманентного характера патологии. В сложных случаях устраиваются даже консилиумы и длительные наблюдения несколькими врачами, как было, например, в случае Билли Миллигана.

Индивидуальный характер патологии требует накопления базы наблюдений.

В случае КБ-патологии все сильно по-другому. Поскольку формы проявления (человек без лица в случае медиума) определяются эмпатическим импринтингом и эмпатией, которая происходит вот строго здесь и сейчас, и не является имманентной, она пришла-ушла, в одно ухо влетела, из другой жопы вылетела - накопление базы наблюдений ничего не даст. Более того, длительное общение с одним и тем же терапевтом, в силу адаптации психоэмоциональной сферы больного к доктору, в результате каковой адаптации поведение больного нормализуется само по себе, номинализируется и приобретает социально-конвенциональные формы, является абсолютно неинформативным.

КБ-патология исключительно ситуативна. Системные элементы в КБ-патологии могут проявляться исключительно из-за системного характера транзакций с конкретным терапевтом или группой, причем именно в общении с группой, в силу исключения субъективных факторов каждого из членов группы, они могут проявляться гораздо чаще, чем в общении индивидуальном, где субъективная часть наблюдателя меняется, находясь под воздействием происходящих событий и их оценки, что приводит и к изменению симптоматики по мере развития общения.

В большинстве случаев патологические проявления носят строго локализованный во времени характер, и как правило, не повторяются. Достаточно вспомнить про случай с испытавшим катарсис мальчиком в истории с клоуном с петардой. Там остроэмоциональные переживания возникли быстро и длились недолго. И в общем, вряд ли такие переживания повторятся еще когда-нибудь. Проявление КБ-процесса связано с психоэмоциональным резонансом больного и наблюдателя, и они определяются ситуационной готовностью наблюдателя к эмоциональному взаимодействию, отсутствием рефлексии происходящего, и самое главное - неспособностью противостоять глубинной эмоциональной индукции, возникающей в процессе. Каковая неспособность, в общем, вполне и абсолютно естественна, потому как - бессознательное. В ситуации, которая имела место на тренинге у моего доктора, когда барышня выпала на истерику, да еще и так, что пришлось сделать перерыв в занятиях - там вообще все произошло в доли секунды. Мы тренируем якорь, я вместо прикосновения к плечу щелкаю пальцами, и у барышни начинается хороший такой, качественный, настоящий истерический припадок. Это заняло доли секунды, ребята.

Сам научный подход основан на поиске закономерностей, для чего требуется наблюдательная база. Случайные отклонения, как правило, отбрасываются, чтобы выявить закономерность. В случае КБ-процессов все проявления - случайны и неповторимы. И это не декларация непригодности научного подхода, нет. Дело в методологии. В клинической психологии наблюдатель, то есть врач, изначально считается здоровым, объективным, независимым, квалифицированным и неизменным. Однако, как мы видели, в случае медиумов у фокусирующего (а доктор - у него тоже опосредованное поведение) происходит подмена вторичного восприятия первичным. Иными словами, если врач - линейка для измерения состояния больного, то в случае КБ-процесса эта линейка становится резиновой. Методология наблюдения КБ-патологии должна отличаться от обычной, и заключаться, прежде всего, в наблюдении доктора за самим собой, за теми эффектами, которые на него оказывает личность медиума.

На самом деле я бы рекомендовал двух докторов плюс полноценную видеозапись с нескольких точек, чтобы было видно и больного, и доктора. А второй доктор в это время должен оценивать состояние первого, не видя и не слыша (в идеале) больного. Потому что когда бессознательное вступает в конфликт с сознанием, оно всегда побеждает, и если спецэффект случится - необходимо независимое наблюдение извне контекста ситуации (для чего и съемка, и невовлеченный наблюдатель), чтобы отследить объективную динамику. Если линейка становится резиновой, нужно иметь вторую линейку, которая будет измерять первую.

В классической схеме с одной лнейкой у нас нарушается сам принцип измерений, ибо мы измеряем подвижное подвижным.

Поскольку КБ-проявления полностью управляются контекстом, следует иметь в виду также то, что поведение больного в кабинете и вне кабинета - принципиально разные. Так, классе в 5-м у меня наблюдался недолгое время синдром Таретта, но только с одним человеком. Мы шли гулять, и в течении всей прогулки я матерился. Как нетрудно понять, с этим мальчиком дружба не задалась. В прочих же своих знакомствах и отношениях ничего подобного у меня не было. Это связано прежде всего с тем, что конкретные проявления КБ зависят целиком и полностью от окружения, и то, что возникает в одном случае - недостижимо в другом.

Следующим фактором, препятствующим наблюдению за КБ, является сверхзадача, фокус. Врач, пришедший на сеанс к очень хорошему медиуму с задачей наблюдать, ничего особенного не увидит. Различные специалисты, исследующие медиумизм, обращали внимание на некие общие проявления, но почти никто из них не испытывал всего комплекса переживаний. Это связано с тем, что врач приходит на сеанс именно как наблюдатель, у него предустановка отличается от таковой у обычного спиритиста, в силу чего он выпадает из группы, а в случае слабой группы или бессознательного конфликта с медиумом - как же, это ведь антинаучно - он может вообще нарушить процесс синхронизации бессознательного. Человек без лица, которого ожидает врач, очень сильно отличается от ожиданий группы, почему общая синхронизация и не происходит. Гештальты несовместимы. Таким образом, наличие эффекта очень сильно зависит от предуверенности наблюдателя в возможности проявления феномена, и сеанс действительно становится предметом веры более, чем предметом ритуала или технологии. И как было показано в данном цикле, это не вопрос убежденности или картины мира, или вопрос жульничества - это вопрос физиологии и психологии. Вера, или хотя бы подсознательное допущение - это точно такой же психологический фактор, как и любой другой, и он оказывает непосредственное влияние на динамику психологических процессов.

Суммируя все вышесказанное, можно выделить один из симптомов КБ-патологии. Это - неустойчивая ситуационно-зависимая, часто неповторяющаяся, патологическая симптоматика, которая, в силу своей неустойчивости, в рамках традиционного подхода не дает сделать заключение о наличии либо отсутствии, либо о природе заболевания.

Чтобы описать комбинацию подвижности психики и мягкого аффекта нужно быть медиумом, ребята...

sect-dr-000.gif

Следующий фактор, определяющий успешность диагностики, связан с построением раппорта. В классике раппорт представляет из себя управляемое состояние пациента, в котором глубина комфорта, защищенности, доверия регулируется терапевтом исходя из задач терапии. Раппорт является одной из необходимых стадий не только терапии, но и диагностики, ибо многие патологические симптомы доступны только через вербализацию больного, и необходимо быть уверенным, что больной открыт и честен. Поскольку (я надеюсь уже совсем все прочитали Симонова) именно эмоции являются регулирующим фактором, задача установления раппорта есть в точности задача установления и поддержания на нужном уровне эмоционального контакта, и управление им на протяжении работы.

Если пациент страдает КБ-патологией, то есть зависим от эмпатии бессознательного психоэмоционального содержимого врача в том числе, управление раппортом крайне затруднено, а то и невозможно в принципе. Не потому, что пациент плох, а потому, что доктор, как человек нормальный, своим бессознательным не управляет. Фактически задача формирования у пациента нужного эмоционального состояния психологическими методами обречена на провал, ибо то, что делается сознательно, и то, что происходит на уровне бессознательного - это две большие разницы. В большинстве случаев доктор относится к пациенту как к объекту воздействия. Просто исходя из своих профессиональных задач доктор не имеет права искренне сопереживать пациенту, искренне его любить, испытывать привязанность и так далее, поскольку все это ведет к переносам различной степени тяжести. Хороший психотерапевт в душе всегда чуточку, совсем немножко, мясник. И это правильно. Особенно с учетом того, что ему предстоит (возможно) провести пациента через неприятный психологический опыт, и в данном случае пациент как раз страдать будет по-настоящему. Есть в психотерапии что-то от садизма, есть, но и в хирургии тоже как бы не место соплям и впечатлениям, людей резать надо...

Так вот, лица, страдающие КБ-расстройствами, это прекрасно чувствуют, более того, это впечатление для них является доминирующим.

Внутренняя позиция доктора по отношению к пациенту самим пациентом переносится плохо. Не надо апеллировать к КБ, достаточно вспомнить, как нормальные люди относятся к психологам или психиатрам, когда те их работают. У нормального человека при одной только мысли, что ему там сейчас в голове что-то выкрутят-перекрутят, уже встают волосы дыбом. А КБ-больной воспринимает это непосредственно, на бессознательном уровне, то есть видит не то, что ему показывает доктор, а нечто иное, вовсе не такое симпатичное.

Играет также роль то, что проявления КБ, то есть непосредственный пробой привнесенного бессознательного, имеет место у людей с нарушенной эмоциональностью, искажениями аффекта и довольно часто - с подавлением собственной эмоциональности, что ведет к неправильной эмоциональной репрезентации. Доктор чаще всего воспринимает это как закрытость пациента. Ну просто потому что это так выглядит. Вы пытаетесь установить с больным эмоциональный контакт - а тут проявляется нечто странное и обиженно сопит носом. Та еще ситуевина. На самом деле КБ-больные значительно более открыты, чем самые экстравертные экстраверты, просто в силу аномальной открытости они находятся также под воздействием эмпатии бессознательного, что приводит к эмоциональному шоку различной степени тяжести даже в бытовом общении. А когда эмоции достигают болевого порога, наступает эффект эмоциональной нечувствительности, внешне проявленный как заторможенное, закрытое поведение. Иногда - как состояние психологического, с точки зрения внешнего наблюдателя, беспричинного, шока.

Невозможность построения нормального раппорта вкупе с "закрытым" поведением пациента ведет к критическому отношению к любой сообщаемой им информации, недоверию. Так как проявления КБ достаточно своеобразны, и не подпадают, в силу описанного в этом цикле, в стандартную картину расстройств, у врача создается впечатление о наличии у пациента болезненных фантазий и представлений, в силу чего вербальная работа становится невозможной. Тот факт, что пациент может репрезентировать человека без лица - а это неантропоморфный образ, который поставит в тупик любого врача - добавляет дополнительных прелестей, так как вербализация больного касается не его собственного опыта, а интерпретации бессознательного образа врача. Тот еще букетик.

При работе с потенциальными кейсами КБ-патологии следует отказаться от построения раппорта и получения от пациента объективной вербальной информации, по крайней мере на первом этапе. Первым делом следует провести оценку аффекта, и при обнаружении отклонений - а любой КБ-процесс обязательно нарушает аффект - исследовать сперва физиологические предпосылки, как-то травмы, нарушения гормонального баланса, генетические отклонения и органические поражения, вызванные соматическими заболеваниями, затем, если все в порядке, анализировать фозможные функциональные нарушения, в первую очередь связанные с коммуникацией в социальной среде, где обитает больной. Наконец, на третьем этапе следует анализировать внутренние конфликты (аутотравмы) связанные с нарушениями самооценки, с завышенными притязаниями и ожиданиями, обращать внимание на отношение пациента к тем или иным проблемам и так далее.

То есть по сути, диагностика КБ-больного в значительной степени есть не функционально-объектная стратегия, при которой больной просто диагностируется на несоответствие среднесоциальной норме, но стратегия аналитическая. Поскольку в случае КБ-патологии бессознательное пациента находится под воздействием и пытается освободиться от привнесенного психоэмоционального опыта, аналитическая стратегия совпадает с естественной динамикой процессов психики пациента. В данном случае это вот совпадение стратегии врача и естественных психофизиологических процессов позволяет получать объективную информацию о состоянии пациента. Да, в силу возможных - и скорее всего наиболее вероятных - отклонений в области образов и интерпретаций от номинальных, мы будем получать крайне феерическую картину. Ну, я по себе сужу, и потом, я уже описывал, что знаковая система медиума требует не интерпретации, а толкования. Но зато мы сможем работать с объективным материалом. Без достижения эмоциональной связи. Если все действительно будет идти нормально, то есть сочетание аналитического подхода и естественных процессов станет приводить к облегчению состояния больного, эмоциональная связь впоследствии наладится.

Следует быть готовым к тому, что в результате работы придется иметь дело с большим количеством нескомпенсированного травмирующего опыта. Объясняется это тем, что для неустойчивой психики КБ-пациента травмирующим может быть любой опыт. Дверь хлопнула - травма, свет мигнул - травма, глушитель на улице бахнул - Апокалипсис... Опять же, нарушение эмоциональных ассоциаций... В силу последнего, то есть нарушенной естественной эмоциональности, при успешной работе, когда состояние пациента улучшается, он склонен к переносу на врача. Причем, поскольку способность к психоэмоциональной индукции и у обычных психов зашкаливает, а у КБ-больных - зашкаливает даже по сравнению с психами, тут как бы, лучше вырыть окопчик и в нем спрятаться. По сути врачу может потребоваться специально сформированная у себя самого опережающая компенсация. Иначе сдует нахрен, насмотрелся я такого...

Особенно следует обратить внимание на осознанность и активность пациента. Пациент, если КБ-патология подтверждена, должен быть осведомлен о ней, он должен понимать, что это не он сам вот, а - эмоциональная диссоциация, например. В исторически сложившихся в религиозных институтах - а психами до 19-го века занималась церковь - есть превосходный образ на эту тему. А именно - бесы. Это не я больной, это бес попутал и так далее. Фактически мы здесь имеем вариант терапевтического альянса с выдуманной фигурой (бесом), который аггрегирует негативный психологический опыт, что позволяет его сублимировать, снизив эмоциональную травму у пациента. Естественно, в бесов никто не верит сегодня, да и вообще, мистические существа в нашем мире не водятся (а зря), однако сформировать у больного вербально-дискурсивный концепт, позволяющий аггрегировать негативный опыт для предотвращения отождествления с ним - это хорошая идея. Легче убираться, когда гавно собрано в одну кучку.

Поскольку КБ-эффекты затрагивают окружение, и поскольку они сопровождаются переносами, следует внимательно работать и с окружением также, дабы ослабить индукцию, возникающую при переносах. В любом случае повышение психологической культуры у окружения приведет, если они конечно нормальные люди, к улучшению ситуации как минимум с точки зрения ослабления патогенного воздействия.

Следует помнить, что при КБ-эффектах стратегии вытеснения являются контрпродуктивными. Продуктивной является вербализация, которая, к тому же, прекрасно ложится на когнитивную компенсаторную реакцию у пациента. Следует помнить, что эмоциональная компонента восприятия у КБ-больного здорово отличается от таковой у окружающих, и готовность, способность и желание к обсуждению различных "непоняток" в большинстве случаев, хотя это и бывает эмоционально тяжело, ведет к улучшению общей динамики, и в особенности - к оперативной диагностике. Поскольку КБ-эффекты проявляются ситуационно и контекстно-зависимы, возможность "поймать кота за хвост" является поистине бесценной. В конце концов, сам факт осведомленности о тех или иных ситуациях проявления болезни может очень здорово помочь в диагностике.

Попытка переноса больного из одной (патогенной) в другую (чистую) социальную среду, в силу эффекта нового окружения, приводит к кратковременному ослаблению симптоматики. И только. Поскольку, как было показано в данном цикле, зерно проблемы находится внутри, и никуда не девается - дальнейшее развитие проблем является делом времени. Фактически, перемещая человека из нездорового в здоровое окружение, мы просто увеличиваем площадь поражения и мощность патогенной группы. С другой стороны, стратегия ослабления симптоматики без выявления причины приводит к тому, что при наличии патологического процесса вербализация и анализ затруднены, что не только не помогает - но наоборот, мешает излечению. Так, перевод холерного больного в здоровый барак, в силу общего улучшения обстановки и уменьшения в окружении числа носителей болезни, может на какое-то время улучшить его состояние за счет снижения повторного инфицирования. Но тот факт, что при этом в здоровом бараке появятся новые больные - никто не отменял.

Ну а в следующей части про терапию.

Tags: Тайна личности Льва Абалкина
Subscribe

  • Маленькое едкое замечание...

    Мы с вами уже разбирали убийство Кеннеди. И пришли к выводу, что его убил никакой не советский агент из КГБ, а американский педераст из Далласа.…

  • В пространство

    По-моему, кто-то поймал клин, и это точно не я...

  • О войне, политике и экономике

    Слегка причесав мозг, подумал, чего бы такого написать в журнале. Ибо товарищу (который давно уже не товарищ, а хрен его знает кто, на мове-то)…

promo bigdrum февраль 17, 2019 22:31 6
Buy for 10 tokens
На мейл-ру пролетела очередная "желтая" новость, коих не счесть. Касательно контактов с инопланетянами. В силу чего, втыкая по причине небольшой эмоциональной раздолбанности, я вот тут вдруг решил взять и откомментировать это дело. Да, ребята! МЫ БУДЕМ ГОВОРИТЬ ОБ НЛО, ПРИШЕЛЬЦАХ…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments