bigdrum (bigdrum) wrote,
bigdrum
bigdrum

Categories:

Коммунистам о коммунизме - 2

Предыдущие части: 1.



Да, сегодня мы, товарищи коммунисты, будем говорить о науке.

Нынешние люди делятся на две категории - на тех, кто не помнит, и на тех, кто не хочет вспоминать замечательную практику втуления ленинской цитаты про электрон в каждую научную статью в области физики в СССР... Это было удивительное время, в котором одну-единственную цитату (ну просто Ленин Владими Ильич в силу того, что физикой не занимался как наукой, мало цитатного материала оставил в данной области) нужно было втулить так, чтобы партком-профком и прочие надзорные органы не посчитали это издевательством, ревизионизмом, пренебрежением памятью вождя и бог знает чем еще... Это был в точности тот случай, когда цитирование Ленина было весьма опасным и потенциально наказуемым занятием, особенно в связи с упоминанием в работах по квантовой механике, которые, базируясь на стохастических методах, полностью опровергали примитивно-линейное механистическое представление об окружающем мире, каковое представление, даже и несмотря на непрерывное повторение мантр о диалектике, нашим идеологам времен СССР преодолеть так и не удалось, и которое они считали истинным источником всепобеждающего характера ленинского учения... Короче - мы будем говорить о научном и антинаучном в науке, в том числе советской.

Ну да - Лысенко, гонения на генетику, кибернетику, теорию относительности и прочее...

Казалось бы, зачем сейчас, почему сейчас, те времена давно ушли, новые времена (а мы входим в очередную точку бифуркации) еще не наступили... Потому и сейчас, что сказанное невпопад может иметь значение, которое скрыто. Если бы значение было ясным - это было бы сказано впопад. Коммунистическая партия и советское правительство с первых дней советской власти осознавали важность науки для первого государства победившего пролетариата, и потому развитию науки уделяли особое внимание, что мы, собственно говоря, и выгребаем.

Давайте разбираться.

Нужно понимать, что коммунизм возник как научная концепция, и только затем преобразовался в политическое движение. Изначально некий гражданин Маркс занимался политэкономией (наукой), в рамках каковой политэкономии, в лице теории Адама Смита, им было обнаружено некое проблемное место, предполагающее в рамках данной экономической системы закономерное наступление кризисов, войн и прочих бедствий. Анализируя данный феномен, Маркс пришел к выводу, что разрешить данную системную проблему можно путем небольшой модификации капиталистической системы производства - а именно обобществлением средств производства. Ибо будучи обобществленными, средства производства выдают прибавочную стоимость обществу в целом, и тут уж - можно делить рационально, а не кто больше хапнет.

Ну то есть в основе коммунизма лежит некая совершенно дискурсивная концепция, совершенно логическая, и при том - абсолютно осмысленная в рамках общественной науки в первую очередь капиталистического мира конца девятнадцатого - практически всего двадцатого века. Если наука говорит вам, как политику, что вы обязательно правы, едва ли не всемогущи и обречены на победу - не станете ли вы относиться к ней с особым пиететом?

Большевики, коммунисты, Советская власть всегда с особым вниманием относились к науке, всячески содействуя ее развитию...



Не удержался, простите...

Прежде всего, нам нужно понять, что такое наука. Наука - это такая область деятельности, которая заключается в получении научных знаний. Научное знание - это некая информация об окружающей реальности, которая отвечает научному методу. Научный метод очень простой. Если вы для какого-то явления можете описать словами (возможно, используя математику) какие-то начальные условия, структуру некоей системы и взаимосвязи внутри нее, происходящие процессы и результат, и если вы можете это подтвердить, прямо или косвенно, в эксперименте, и если другие люди, воспроизводя начальные условия, структуру системы в ее полноте - получают точно такой же результат, где бы они не находились, значит - ваше знание научно. Научное знание - это такая информация, которая, будучи описанной специальным научным способом, приводит к гарантированной воспроизводимости результатов всегда.

ВСЕГДА.

Сразу дуля в лоб товарищам коммунистам, в особенности молодым и зеленым, восхищенным стройностью марксистско-ленинской теории и вдохновленным идеализованными воспоминаниями о величии СССР. Дорогие товарищи коммунисты! Если вы считаете марксистско-ленинскую теорию научной, то вы в обязательном порядке должны признавать и принимать воспроизводимость результатов приложения этой теории к объективной реальности. Если ваша теория научна - это означает, что кто бы и где бы ее ни реализовывал - он автоматически (ибо теория научная) придет к одному и тому же результату. Это понятно? Это логично? Это внятно? Конечный результат приложения марксистско-ленинской теории к стране под названием СССР закончился ее распадом.

Это значит, что либо теория коммунизма не научна, либо она неполна, и не описывает все процессы, либо в самой концепции заложено, как и в капиталистическом способе производство, некое гадкое место, некое неустранимое противоречие, которое не учитывается базовой моделью, но приводит к закономерному результату...

Я понимаю, что результат вам не нравится. Мне, кстати, тоже распад СССР по вкусу не пришелся. И думаю, что многие нынешние "либералы" охотно вернули бы те "теплые ламповые времена". Но если марксизм-ленинизм научен, верен и исчерпывающ - мы должны принять распад социалистической системы закономерным. А если мы считаем такой распад случайностью, то наша задача - прежде, чем заниматься организацией второй попытки наступить на те же грабли - сделать работу над ошибками.

Потому что главное, что делает научный результат ценным - стопроцентная воспроизводимость результатов, а мы с вами в данном случае имеем тот результат, который воспроизводить не хотелось бы.

Итак, главное, что делает научную информацию особо ценной - это стопроцентная воспроизводимость результатов. Именно благодаря стопроцентной воспроизводимости научное знание может быть положено в основу технологии. Если бы станок выдавал любые детали, какие ему захочется, вместо той одной, ради изготовления которой мы его купили - нам нахрен такой станок был бы не нужен. Нам нужен станок, который может постоянно и гарантированно делать деталь - например болт - столько тысяч раз, сколько нужно. Нам не нужны разные болты, нам нужен один болт, реплицированный тысячи и тысячи раз. Только в этом случае у нас есть технология производства болтов, и мы можем начинать производство. С гарантированными ресурсными и финансовыми показателями. А иначе показатели не гарантированы, и это не производство, а, как говорил Дугин - артизанство. Ну вот нахрена вам тысячи болтов, отличающихся друг от друга, к которым нельзя подобрать так же отличающихся друг от друга гаек?

Мы с вами видим, что научное знание требуется там и тогда, когда обществу нужна воспроизводимость полученного при применении данного знания результата. То есть на самом деле, помимо собственно научности, общество интересуется и результатом. Вы можете создать великолепнейшую теорию, но если в данный момент в данной формации результат применения этого знания не имеет смысла и ценности - никто не обратит на такую науку внимания. Хотя - это будет именно что наука. В обществе есть даже такое описание - "обогнавшие время", то есть - теории, которые появились раньше, чем в них возникла объективная общественная необходимость. Ложка хороша не сама по себе, а к обеду.

Одним из примеров такой теории является неэвклидова геометрия. Постулат о параллельных всегда смущал математиков, и вот некий Омар Хайям - да, да, тот самый пьяница и поэт - отказался от него и фактически сформулмировал и доказал первыее теоремы геометрий Лобачевского и Римана - и было это в 1077 году! Теория обогнала время, и ее пришлось переоткрывать значительно позднее.

На примере Омара Хайяма мы можем видеть два источника научного знания. Первый источник - актуальность. Уперлись люди рогом во что-то, в проблему какую-то, надо найти решение. Общество выделяет средства, тысячи умнейших и талантливейших напрягают мозг, и вот-те-нате - получают результат. Атомная энергетика. Нет, ну конечно - сперва бомба, а уже потом - энергетика. Но все равно - это был социальный заказ. А вторым источником является прихоть, индивидуалистический совершенно интерес. Вот есть у Линуса Торвальдся книга "Just for fun" - об истории создания Линукса. Был у Линуса исключительно шкурный мелкособственнический интерес поразвлечься - он и поразвлекался. Сейчас гораздо сложнее найти железяку, где Линукса нет, чем ту, в которой он в той или иной форме присутствует. Можно, конечно, считать, что Линукс не наука - но есть и вполне научные результаты, полученные таким образом. Пример описывает Ричард Фейнман в книге "Вы конечно шутите, мистер Фейнман" - ему просто стало интересно, почему период покачивания тарелочки на трости жонглера кратен периоду обращения. Вот так посмотрел человек на развлечения студентов - и заработал Нобелевку... Особо умничающим я хочу напомнить еще про работы Циолковского, в которые государство не вложило ни копейки - но которые лежат в основе рассчетов любой космической мисси сегодня, не говоря уже о такой сугубо прикладной штуке, как полет МБР в сторону супостата. А еще любителям помахать дипломами я хочу напомнить, что написание Капитала Маркса не финансировалось тогдашней капиталистической олигархией - это тоже плод ума бездельничающего интеллигента.

Итак, два источника науки - это социальный заказ и страсть к открытию нового. Коллективное и индивидуалистичное. И независимо от того, каким образом получено знание, трудом кучи институтов на государственные деньги, или персональной творческой прихотью развлекающегося ума - оно один хрен научно, если оно воспроизводимо. С точки зрения науки нет разницы, как получено знание, главное - его соответствие критериям научности. С точки зрения общества разница "как" уже играет значение.

Мы с вами приходим к пониманию того, что научная ценность и общественная оценка того или иного научного знания различаются, причем общество, как правило, ошибается.

[Оказывается, сегодня день рождения СССР - некисло у меня по времени выходит с этой темой]

Чтобы понять этот момент, нам нужно присмотреться к социальному заказу.

Сперва Бог создал небо и землю накопление знаний, носившее несистемный характер, способствовало улучшению бытовых условий, повышению обороноспособности и производительности труда. Это мы берем каменный век и начало бронзового. В бронзовом веке возникает более-менее внятная письменность, знания накапливаются в виде, отдельном от носителей. Возникает такое явление, как формализация информации. Возникают всякие своды, кодексы, инструкции, бухгалтерские книги и прочее. Уже в бронзовом - начале железного века грамотность и интеллект, знания и письменность становятся существенным подспорьем в формировании как успешной государственной структуры, так и элементом досуга (поэмы, сочинения, книги). Возникает не то, чтобы каста или институт, но определение ученого человека как человека с особым социальным статусом и ответственностью. Научные знания вовсю используются в реализации религиозных, представительских и прочих мероприятий. С помощью научных рассчетов производится планирование, проектирование, распределение общественного продукта... На данном этапе еще нет научного метода, он только вырабатывается, но уже идет с огромной скоростью накопление знаний, требуются библиотеки, создаются необходимые компоненты науки - философия, математика, логика. Как видно, в данном случае источником социального заказа становится хозяйственнная деятельность людей.

Второй этап, условно говоря - это от Рима до Декарта. Наблюдается количественный рост знаний, и несмотря на распад Империи, католичество сохраняет колоссальное количество знаний, попутно совершенствуя аппарат формальной логики, и в общем, теософская риторика около 9-10 века ничем не хуже Аристотелевой логики, а местами гораздо изощреннее и точнее. Здесь нет качественного скачка, ибо методология не меняется, просто накапливается объем, а формы и методы деятельности увеличиваются в объеме настолько, что начинает требоваться специализация. Так возникает необходимость в создании формальной системы, формальной классификации научных областей по отдельным наукам, начинается рефлексия того, чем одна наука отличается от другой. Строятся (заметим - католической церковью) первые университеты (по большому счету - все старые универститеты Европы), где преподавание разделено на богословское и светское. Система преподавания формализуется, начинается серьезное развитие дидактики. Возникает рефлексия того, что вот это вот огромное условно-систематизированное многообразие сведений требует более строгого формального отношения. К 15 веку вопрос вопит уже, и тут приходит Декарт, и формулирует научный метод.

Ребята, Декарт, учившийся в иезуитском колледже, сформулировал научный метод. Это говорит нам, что в те времена в иезуитских колледжах давали весьма качественное образование.

Социальный заказ в те времена диктовался хозяйственной деятельностью, однако, появились первые "звоночки" "чистого" интереса. То есть уже в 16-17-18 веке можно было заниматься научной деятельностью, как хобби. В 17 веке юрист (!) Ферма сформулировал свою знаменитую теорему. Это уже хобби. И как нетрудно понять, практического приложения данная теорема не имела, и пока что не имеет. С момента, когда появляется состоятельное сословие, которому скучно, и которое имеет определенный уровень образования, занятия научной деятельностью также становятся и способом развлечения.

К примеру, один из отцов-основателей США, Бенджамин Франклин, активно занимался наукой, и даже в нескольких областях.

С течением времени иметь науку в качестве хобби становится сильно затратным, прежжде всего по времени и усилиям, и на первое место опять выходит социальный заказ со стороны промышленности, военного дела и т.д. Однако знать, дворянское сословие, не было бы дворянским сословием, если бы не ухитирилось и тут вые... выпендриться. Появляется меценатство, появляются частные лаборатории, появляются гранты университетам. При этом собственно исследованиями занимаются ученые, а деньги платят богачи.

В современной системе социальный заказ формируется следующим образом:

1. Интересы государства, через уполномоченные органы/комиссии и т.д.
2. Интересы промышленности, либо через прямые договора, либо через разного рода конкурсы, либо через скупку патентов.
3. Интересы науки, которые формулируются учеными в виде программ, и подаются на рассмотрение по "меценатской" линии, фактически - это соискание грантов.

И все. Но у нас остается еще "чистая наука" "из любопытства". К числу мировых достижений такой науки следует отнести коммунизм, теорию относительности, периодическую систему Менделеева, теорию радиоактивности, микроскопию (Левенгук был торговцем), теорию эволюции Дарвина - то есть "чистая" наука, которой люди занимаются "чисто из интереса", дает нам исследования, которые имеют фундаментальное на сегодняшний день значение, в том числе практическое.

Вопрос. Почему социально-мотивированная наука не порождает неожиданных, ярких, фундаментальных результатов, в то время, как "дилетантская" - дает любопытный репрезентативный ряд действительно великих открытий? Всо очень просто. Общество согласно платить за то, результаты чего ему кажутся достижимыми и практически применимыми, в то время, как энтузиастов интересует то, что находится за горизонтом известного...



Это мы с вами говорили о капиталистической науке. Давайте посмотрим на то, как обстояли дела с социальным заказом в молодой стране Советов...

Ребята, в СССР частный сектор отсутствовал. Это означает, что гранты могли быть только государственнными. Соответственно, "прекрасные дилетанты" либо должны были работать из своего кармана, либо шли лесом.

Задачи, которые стояли перед наукой в СССР с первых дней существования и как минимум до 60-х годов - это задачи чисто народнохозяйственного плана. Социальный заказ был чисто хозяйственным. Фундаментальная наука в СССР получила импульс к развитию только после создания Бомбы, когда политическая элита поняла, что к мнению ученых нужно прислушиваться. Если говорить о физике низких температур и ядерной филике, то они развивались и до войны, без очевидного немедленного достижимого хозяйственного эффекта. Однако это были трендовые исследования той эпохи. Физика низких температур была нужна промышленности (производство сжиженных газов, кислорода для конверторной выплавки стали и азота для производства удобрений и порохов), ядерная физика, изначально обещавшая практический выход в виде источника неограниченной энергии, вызывала тогда и вызывает сейчас интерес неослабевающий абсолютно везде.

Давайте посмотрим на генетику. Теоретически генетика обещает гораздо лучшие результаты, нежели селекция. Но в то время не было средств, методик, оборудования и методологии для управляемых генетических манипуляций. А страну нужно было кормить. Потому в борьбе генетики и селекции у нас товарища Вавилова победил товарищ Лысенко. Суть обвинений заключалась в том, что Николай Вавилов в своей работе не учитывал практических требований народного хозяйства. То есть, одним из оснований ареста было то, что Вавилов не отвечал социальному заказу на научную деятельность в своей области.

Рассматривая дела других осужденных ученых, можно видеть то же самое. Вредительство и растраты - на ракетную технику, например, стоили срока Королеву. За растраты же посадили и Курчевского, и многих-многих других.

Следует учесть, что экономическое состояние СССР вплоть до 60-х годов было аховое. Посему вся деятельность государства была направлена на создание мощной индустриальной базы. Соответственно, существовал острый социальный заказ на конкретные работы с немедленным экономическим или хозяйственным эффектом, и наблюдалось полное отсутствие средств на "творческие поиски". Показательна в данном случае история Игоря Сикорского. Посмотрев на революционную реальность, он эмигрировал в США. Говорят, со словами "здесь самолеты еще долго никому не понадобятся". В США он создал знаменитую фирму, в конце жизни вроде бы хотел вернуться в Россию, но его не пустили. Почему? Игорь Сикорский не решал хозяйственные задачи - он делал великолепную технику, зачастую на грани известного, но не это было нужно СССР. Опять же, Альберт Эйнштейн перед войной хотел поработать в Минском университете - его тоже не пустили. Потому что Эйнштейн не решал хозяйственные задачи.

Даже выступив фронтменом известного письма физиков Рузвельту, в самой работе Эйнштейн участия не принимал.

Существует огромная разница в структуре социального заказа на научную деятельность между капиталистической и социалистической системами. Соответственно, структура образования, методы организации научных учреждений и т.д. - отличались. Анатоль Абрагам, один из пионеров ядерного магнитного резонанса, французский физик, сын эмигрантов из СССР, посетив во время поездки в Союз один из университетов и ознакомившись с учебным планом, спросил - "а где у вас время для студентов думать?". Подход к организации учебного процесса, научной деятельности, требования по выдаваемым результатам разные. Все это определяется структурой социального заказа.

В тех областях, где требуется концентрация научных результатов в единых проектах, при наличии необходимых средств и реалистичных сроков, советская система не знает себе равных. Пример - ядерный проект, который выдержал Перестройку, выжил и сейчас - в виде Росатома - является одной из ведущих организаций мира в области ядерных технологических процессов. А вот марсоходы почему-то лучше получаются у американцев...

Процессы в СССР в конце 80-х годов характеризуются прежде всего потерей вектора развития. Если сталинский задел в области экономики и образования, переживший Хрущева и не сильно разрушенный Брежневым, успешно кормил страну, поставлял деньги науке, а та их послушно осваивала, то первые же серьезные экономически трудности привели к большим проблемам в науке. Колоссальный аппарат Академии наук, столкнувшись с безденежьем, оказался не в состоянии помочь стране. Оказался не в состоянии дать хозяйственный результат. Почему? Потому что наука со временем стала скорее имиджевой такой вещью в себе. В ВПК, где шла работа на результат - там люди пахали. Пекли изделия, как пирожки. А в "гражданском" секторе, к коему относится и фундаментальная наука, отказ от научной конкуренции с Западом в области кибернетики и электроники - за что огромное спасибо Политбюро, ибо наука была готова и хотела конкурировать - привел к провалу по потенциалу автоматизации управленческих задач. Замечательно поданная идея ОГАС так и осталась нереализованной - ибо реализовывать ее было не на чем. А без автоматизации процессов в плановой экономике нельзя построить более-менее эффективные механизмы оперативного хозяйственного регулирования. Самая главная задача науки - быть на переднем крае мирового развития - была предана забвению, и экономический кризис, требовавший резкого и качественного улучшения продуктивности использования ресурсов, парировать было нечем.

Советская наука 80-х годов оказалась неготова к тому, чтобы дать практический результат. Советская промышленность оказалась неготова к тому, чтобы использовать данные науки для качественного роста производства. Советская экономика не смогла оплатить такое взаимодействие науки и производства.

Фундаментальная советская наука оказалась очень слабо связана с наукой прикладной, с практикой. Как получилось, что изначально хозяйственно-ориентированная наука вдруг оказалась вещью в себе?

Товарищи коммунисты, виновата - да, вы правильно догадались - Коммунистическая партия.

Социальный заказ на научню деятельность формировался чем? Правильно, необходимостью построения нового, коммунистического общества. Это не экономическая необходимость - это необходимость политическая. Пока вопрос носил характер обеспечения экономических параметров экономики - повышения надоев, увеличения накосов - сам вопрос носил сугубо практический характер. Когда надо было сделать Бомбу - ее сделали так, что весь мир офигел, насколько быстро. Но когда паритет был более-менее достигнут, руководство КПСС вступило в... экономическое соревнование с США!

Боже, пни на том свете Кукурузника, да побольнее, я тебя прошу...

Если в нашей структуре экономики, с нашей структурой практических задач, требуется одно решение, чисто практическое - мы его можем найти. Но когда нам в нашей структуре экономики требуется сделать нечто, что напоминает что-то, возникшее в другой структуре экономики с другими практическими задачами - мы вынуждены так перестраивать свою науку и производство, чтобы выпустить это без оглядки на собственные проблемы и задачи. Чтобы соревноваться с Западом, например, в области фундаментальной науки, мы должны перестроить так свою науку, чтобы она выглядела, как западная, чтобы она выдавала результат, внятный в западной науке, выдавала его на уровне - и в то же время мы должны базироваться на своего заказчика. А в роли заказчика у нас уже не наша экономика выступает - а ЦК КПСС. Которое деньги отстегнуть может, премиям международным порадоваться тоже может, а вот понять, как привязать достигнутый результат к практике отечественных реалий - уже не может. Зато мы выглядим впереди планеты всей.

Если американцы не опередят, конечно.

Экономические проблемы конца 80-х привели к тому, что великолепные научные кадры, ранее жившие за счет госфинансирования, ибо обеспечивали имиджевый политический социальный заказ, столкнулись с необходимостью функционировать своим трудом в экономике, к которой они, по структуре и методам своей работы, не имели ни малейшего отношения. Их для другого создавали, их чтобы соревноваться делали. Эти люди оказались прекрасно подготовлены - для работы в западных рамках, они оказались результативны - до сих пор Запад пользуется - но в советской экономике они оказались белой вороной.

Это называется "кривая структура социального заказа", понимаете?

С другой стороны, в советской системе "прекрасные дилетанты", в силу своей неспособности решать конкретные практические задачи - оказались невостребованы и бессильны изначально.

И здесь мы приходим к тому феномену, который зародился на заре советской власти и который назывался "коммунистической наукой", в противовес науке "буржуазной". Как нетрудно видеть, это чисто идеологическое деление. Дескать, есть капиталистический мир, и там наука тоже капиталистическая, неправильная, а у нас мир коммунистический, и в нем единственно правильная наука. А все, что не коммунистическое - то буржуазная лженаука, и мы с ней боремся. Такое вот у нас классовое сознание.

Первоначально это была формулировка советского социального заказа на научную деятельность, установка на подчинение научного труда практическим задачам построения коммунизма.

Что мы писали? Мы писали, что научная ценность и общественная оценка того или иного научного знания различаются, причем общество, как правило, ошибается. В случае СССР мы имеем систему, в которой изначально и директивно общественная оценка довлела над научной, потому что такой был социальный заказ.

Проблемы советской науки носят изначально системный характер, связанный с подменой системы оценок с научной на политически мотивированную. Именно потому в трудах по физике, химии, биологии, психологии, геологии и черт знает по чему еще - мы обязательно встречаем ленинские цитаты. Помилуйте меня, милостивые государи! Ленин был юристом, экономистом, политиком, подпольщиком и черт знает кем еще - и практически везде в градациях от "хорошо" до "отлично" - но он никогда не занимался естественными науками. Нечего ленинским цитатам делать в естественнонаучных работах. Потому что если работа оценивается исходя из научных критериев, что правильно - Ленина там быть не должно.

Подчинение науки общественным задачам, конечно, позволило в кратчайшие сроки решить невероятные проблемы, просто потому, что к решению задач был привлечен весь доступный интеллектуальный потенциал. Это - достижения Ленина и Сталина, со всеми их плючами и минусами. Однако это же подчинение убило науку, фактически исключив ее из нормальной структуры отношений в государстве как хозяйственной системе, просто в силу подмены научных критериев общественными, а на поздних этапах СССР - идеологически-мотивированными.

Самое страшное в этом все заключалось в том, что в число "буржуазной лженауки" попали вещи, нынче играющие фундаментальную роль. К примеру, выросшие из субъективистских представлений разделы когнитивистики, психоанализ - это только то, что активно используется в рекламе и PR-технологиях. Все цветные революции современности были построены на этом материале, и все это мы профукали, потому что у нас было единственно верное мировоззрение, а вот этой вот фигни не оказалось. Как говорил Черный Абдулла, "нож хорош для того, у кого он есть, и плох для того, у кого его не окажется в нужный момент".



С другой стороны, в настоящее время, судя по некоторым наблюдаемым мной моментам, практически полностью отсутствует (буду рад, если я ошибаюсь), по крайней мере вне ВПК, опыт по внедрению новых технологий и новых научных знаний в производство. Отсутствует на уровне паттернов, на уровне мысленных движений. Редкое предприятие способно правильно заказать и оплатить действительно нужные ему научные изыскания - разве что геологоразведка, да ядерщики с авиаконструкторами. Большинство частных предприятий вообще не понимают, зачем им что-то заказывать у науки. И даже читая про Сколково, я слышу у авторов больше недоумения, чем гордости. Мне представляется, что в качестве витрины все ок, но вот выхлоп, судя по общественной реакции, пока не очевиден. И это - повод внимательно проанализировать и при необходимости скорректировать социальный заказ.

Ребята, вот вам только один пример - все общество потребления, весь этот экономический бум западной цивилизации, возник из того, что желающие поднять доход капиталисты обратились к Эдварду Бернейсу, а тот - к своему дядюшке Зигмунду Фрейду. Буржуазному лжеученому, кстати...

В свое время Маркс сказал, а Владимир Ильич Ленин повторил: "Практика - критерий истины". Так вот. Практика западного общества говорит нам, что "буржуазное лжеучение" оказалось способно на то, чтобы сгенерировать прибыли совокупным объемом (за все время) в триллионы долларов. То есть с точки зрения практики - это метод, который доказал свою применимость, понимаете? С точки зрения критериев научности, психоанализ Фрейда - он уже показал высокую степень надежности и повторяемости, то есть - прошел проверку на право считаться научным результатом.

Это лучший пример того, что наука не бывает пролетарской или буржуазной, она либо есть, либо ее нет.

А вот социальный заказ может быть разным...

ЗЫ. И все это я пишу, не испытывая, в общем, к старику Фрейду никакого пиетета - мне Юнг ближе и роднее. Такова плата за объективность...
Tags: Записки постороннего
Subscribe

promo bigdrum february 17, 2019 22:31 6
Buy for 10 tokens
На мейл-ру пролетела очередная "желтая" новость, коих не счесть. Касательно контактов с инопланетянами. В силу чего, втыкая по причине небольшой эмоциональной раздолбанности, я вот тут вдруг решил взять и откомментировать это дело. Да, ребята! МЫ БУДЕМ ГОВОРИТЬ ОБ НЛО, ПРИШЕЛЬЦАХ…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment